Многообразие религиозных форм девиации

Главная / Сектоведение / Многообразие религиозных форм девиации

Понимание границ феномена религиозного экстремизма неизбежно предполагает прояснение иных форм отклоняющегося группового поведения, которые можно разделить в зависимости от доминирующей внутренней или внешней ориентации на следующие разновидности:
а) религиозный экстремизм (ориентация на общество в целом);
б) религиозный радикализм (ориентация на отдельные институты общества);
в) религиозный терроризм (ориентация на политическую систему общества);
г) религиозный фундаментализм (ориентация на религиозную организацию – субъект
девиации);
д) религиозный фанатизм (ориентация на отдельных верующих).

Религиозный экстремизм – приверженность религиозных организаций или верующих
крайним действиям, направленным на гомогенизацию всего общества в соответствии с набором религиозных идей, учений или концепций. О религиозном экстремизме можно говорить
в тех случаях, когда его потенциал, присутствующий в религиозной группе, находит полноту
своего проявления в недопустимых с позиций нормативной базы общества формах и методах.

При этом акты насилия и жестокости будут являться не самоцелью, а частью какого-то более
или менее продуманного плана по кардинальному изменению всего общества.

Так, например, религиозная организация может верить в необходимость захвата власти в
обществе и передачи ее инопланетянам, а также в важность переустройства всего общества в
соответствии с их указаниями (например, уничтожение системы образования, связанное с тем,
что все необходимые знания человек якобы будет напрямую получать из космоса при рожде-
нии, и т. д.). Однако до тех пор, пока такая организация распространяет свое учение об НЛО мирными способами, вне зависимости от
экстремистского потенциала в содержании ее учения, к религиозным экстремистским группам ее относить некорректно. Если эта
группа перейдет к противоправным методам принуждения всего
общества к принятию ее веры, она может быть квалифицирована
в качестве религиозной экстремистской организации. Если к насилию перейдет только одна из нескольких десятков ее общин, можно будет констатировать факт экстремистской деятельности в ее
структуре.

Религиозный радикализм – крайние действия религиозных организаций или отдельных
верующих, нацеленные на коренное изменение одного или нескольких институтов общества
в соответствии с набором религиозных идей и учений.

Религиозный радикализм допускает
многообразие общественных, религиозных и иных институтов общества и, в отличие от рели-
гиозного экстремизма, не стремится к гомогенизации общества. В то время как религиозный
экстремизм является прерогативой организаций с индивидуалистической парадигмой истинности, религиозный радикализм имеет место преимущественно в группах с плюралистической парадигмой.

Религиозный радикализм – самая продуманная, хорошо организованная и
наименее девиантная форма религиозных отклонений. Ему чужды учительные претензии на
абсолютность и исключительность, не терпящие избирательного подхода к работе с внешним
миром. Религиозный радикализм в конфессиональном пространстве разных стран мира встречается реже, чем религиозный экстремизм, фундаментализм и фанатизм.

Религиозный терроризм – система устрашения посредством насильственных действий,
направленная на достижение определенных политических целей как средства последующего
разрешения чисто религиозных вопросов. В качестве субъекта религиозного терроризма выступают религиозные организации или отдельные верующие. Никакая из парадигм истинности сама по себе не предполагает реализации целей в виде террористической деятельности.

Опора на террор не характерна для религиозных организаций. Основная масса террористов
лишь поверхностно знакома даже с основами веры, а их религиозная самоидентификация не
сопровождается значимыми и проверяемыми показателями по всем остальным параметрам и
измерениям религиозности.

Совершение теракта от имени религиозной группы выступает для них лишь в качестве
удобной формы прикрытия, а декларируемые политические цели являются конечными и
могут дополняться еще и экономическим интересом. Соответственно, такие организации и
группы лиц к числу религиозных террористов относиться не могут.

Анализ террористических актов, совершавшихся религиозными группами, показал, что
инициировать, планировать и осуществлять их могут любые приверженцы организации, в
том числе ее высший руководящий состав. Однако религиозные группы практически всегда
стараются оставаться в тени и не брать на себя ответственность за совершенное преступление. Предполагается, что устрашение и нужный для группы политический эффект будут достигнуты сами по себе.

Религиозный фундаментализм – приверженность действиям, направленным на претворение в жизнь религиозной организации и верующего основных идей, учений или принципов,
зафиксированных в считающемся непогрешимым религиозном тексте. В отличие от религиозных экстремистов основная интенция религиозных фундаменталистов состоит в неукоснительном исполнении предписаний сакрального текста, а не в понуждении всего общества
и представителей других религий к его признанию. Фундаменталисты не скрывают своего
негативного отношения к нарушениям этих предписаний со стороны общества, могут попытаться повлиять на изменение отношения населения или отдельных институтов к тем или
иным темам. Религиозный фундаментализм развивается преимущественно в рамках индиви-
дуалистической парадигмы истинности, имеет несравнимо большее распространение, но на
порядок меньший уровень конфликтности, чем религиозный экстремизм. Фундаменталисты
в основной своей массе избегают насилия и противоправных действий в отношении окружающих. Работа с обществом редко выходит за уровень навязчивых попыток убедить всех в значимости сакрального текста и его предписаний.

Религиозный фанатизм – крайняя приверженность человека религиозному учению и организации, сопровождающаяся нетерпимостью и агрессивным отношением к любым альтернативным взглядам. Религиозный фанатик весьма чувствителен к претензиям на абсолютность и исключительность вероучения индивидуалистической парадигмы. Однако этот тип
девиации проявляется также и в организациях плюралистической парадигмы, так как в религиозном фанатизме решающее значение имеет не учение организации, а особенности его
восприятия человеком. Так, например, вера в истинность всех религий может защищаться с
не меньшим фанатизмом, чем вера в истинность только одного учения. Фанатики достаточно плохо понимают содержательную специфику того учения, защите которого посвящают
столько энергии и сил. Направленная вовне агрессивность не нацелена на инициирование
каких-либо общественных преобразований, она является, скорее, самоуверенной демонстрацией собственной инаковости, чем стремлением обратить всех в свою веру. В определенных
условиях религиозный фанатизм может принимать организованные формы и самим фактом
своего широкого распространения оказывать влияние на систему межрелигиозных, церковно-государственных, а порой и общественных отношений.

Религиозно-мотивированное преступление является самой распространенной формой
религиозной девиации, обделенной вниманием как исследователей, так и системы права, которая помогает лучше понять границы иных типов религиозного отклоняющегося поведения.

Религиозно-мотивированное преступление совершается либо для исполнения отсутствующих в реальности, но якобы существующих религиозно-ритуальных обязательств и предписаний, либо как религиозно обоснованная реакция на развивающиеся события и ситуации.

В качестве субъекта религиозно-мотивированного преступления может выступать как отдельный человек, так и религиозная организация. В первом случае преступник искаженно воспринимает учение собственной религиозной организации и вопреки всему, что в ней говорится и пишется,
приходит к выводу о том, что ему нужно, например, срочно кого-то убить. Он не понимает, что в его
вере нет таких предписаний, но, будучи уверенным в их реальности, совершает преступление. Многие известные автору данной статьи уголовные преступления на религиозной почве, совершенные в
Республике Беларусь, относятся именно к этому типу девиации.

В качестве наглядного примера можно привести получавшие в свое время широкую огласку
случаи убийства людей сатанистами – как правило, молодыми людьми, заявлявшими о совершении
преступления из-за предписаний сатанизма. Однако ни в одном известном труде сатанистов нет
никаких предписаний убивать людей в ритуальных или иных целях.

Более того, некоторые из них, например «Сатанинская библия», содержат запрет на убийство не только человека, но и животного. Белорусские сатанисты, чаще всего руководствуясь
критическими статьями о сатанизме в печатных СМИ, совершают такие правонарушения не
из-за того, что исполняют религиозное предписание сатанизма, а из-за незнания того, что
таких предписаний нет. Эта ситуация характерна для большинства наиболее страшных и брутальных религиозно-мотивированных преступлений, якобы санкционированных религиозными организациями: их исполнители незнакомы с основами веры, предписания которой
они якобы исполняют.

Во втором случае в качестве субъекта выступает религиозная группа. Преступление совершается исключительно по причине незапланированного развития событийного ряда.

Религиозное обоснование и мотивация совершаемого не укладываются ни в одно из существующих определений религиозной девиации: группа не является ни фундаменталистской,
ни экстремистской, ни радикалистской по своей сути. В то же время масштабы преступления
могут превосходить самые кровавые теракты. В качестве примера можно привести убийство
923 человек – членов секты «Народный храм» в 1978 г. Ситуативный характер и религиозная мотивация данного убийства очевидны как при всестороннем анализе истории, учения и
культовой практики этой секты, так и при ознакомлении с аудиозаписью проповеди ее основателя, которую он читал своим готовившимся к смерти последователям в процессе массового убийства [Народный храм: «Смертная запись» Q 042, 18 ноября 1978 года, Джонстаун Гайана.// Альманах “Сектоведение”. 2014; 4:118 —134.].

В настоящей статье не рассматривались позитивные формы религиозной девиации, так
как понимание их специфики не может существенно помочь в анализе феномена религиозного экстремизма. Также оставляется за рамками статьи анализ проблемы соотношения разных
типов религиозной девиации друг с другом.
Представленные определения религиозного экстремизма и иных форм религиозной девиации достаточно несложно операционализируемы для проведения конкретных социологических исследований. Вне всякого сомнения, они могут и должны уточняться по мере получения более полных сведений по проблематике религиозных форм девиации.

Мартинович В.А., доктор теологии, кандидат социологических наук

Источник: К проблеме определения понятия «религиозный экстремизм» // Вестник Синодального центра сектоведения 2019, Том 4, №1 (16). Сс. 19-29.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Будь щедрым — поделись:
  • 12
    Shares

Обсуждение закрыто.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

О нас

Консультация сектоведа в Беларуси. Помощь при столкновении с деструктивным сектантством: сектологический анализ и прогноз ситуации, консультирование по управлению взаимодействием с культистами, консультация по выходу и др. УНП: 192947769

Контакты

+375 (29) 779 18 04