Белорусские священники воспитывают “патриотизм” на фейке о Евгении Родионове

Главная / Ортодоксия / Белорусские священники воспитывают “патриотизм” на фейке о Евгении Родионове
Поделиться

Ещё несколько лет назад я был бы не против факультативов в светских учебных заведениях под эгидой Белорусской Церкви. Но сегодня, когда БПЦ вместо евангелизации решает задачи идеологического характера, а Синод спокойно лжёт пастве и даже не стесняется документировать ложь в журналах заседаний Синода (я о беззаконном снятии с кафедры Гродненского Владыки Артемия), лично своего сына я бы политрукам в рясах не доверил.

Это, разумеется мё личное оценочное суждение как гражданина, а не как сектоведа. Но очередным эпизодом, подтверждающим мои опасения, явилась встреча клирика прихода храма святого мученика Иоанна Воина иерея Сергия Плетежова с учащимися Жлобинского профессионально-технического колледжа. В рамках идеологической обработки иерей не постеснялся прорекламировать юношам и девушкам сектантский культ (это уже моё сектоведческое заключение!) псевдомученика Евгения Родионова. А Гомельская Епархия не постеснялась отчитаться об этом на своём сайте.

«Студенты узнали о подвиге 19-летнего солдата Евгения Александровича Родионова, погибшего в чеченской плену в мае 1996 года. После 100 дней заточения и жестоких пыток Евгению и его сослуживцам было предложено снять нательный крест и принять ислам. Но Евгений отказался предать Христа, за что был обезглавлен. «К сожалению, в наше время не все придают значения нательному кресту, на котором изображен Сам Господь. Заменяя модными украшениями, часто оставляют его на полке. Подвиг Евгения Родионова свидетельствует о силе его духа и верности Богу. Даже когда воин был обезглавлен, никто из палачей не дерзнул снять крест с шеи мученика, который отдал свою жизнь за Господа нашего Иисуса Христа», — рассказал иерей Сергий Плетежов».

Дело в том, что Комиссия по канонизации РПЦ уже рассматривала вопрос о Евгении Родионове, но пришла к выводу, что нет достоверных свидетельств ни о его воцерковлённости, ни о его гибели за веру.

Приведу по этому поводу отрывок из интервью секретаря Комиссии по канонизации священника Максима Максимова с главредом “Церковного вестника” (№ 1-2 за январь 2004, сс. 278-279):

«— Канонизация — это не раздача награждений всем пострадавшим. Канонизация — это призыв Церкви обратить очи сердца к тому, кто верил во Христа и до конца сохранил эту веру. Изучая жизнь и смерть Евгения Родионова, мы вправе потребовать определенные доказательства, что все было именно так. Но оказалось, что основной источник в этом случае, да и то с большой оговоркой, — средства массовой информации. Нет нужды говорить, что современные СМИ нельзя рассматривать как серьезный и заслуживающий доверия источник информации. Но и при анализе публикаций выяснилось, что все сводится к рассказам одного человека — матери Евгения Родионова.

— Какое решение приняла комиссия по этому вопросу?

— Было принято решение о встрече с Любовью Васильевной Родионовой трех членов Комиссии — архимандрита Алексия (Поликарпова), наместника Данилова монастыря, игумена Дамаскина (Орловского), известного исследователя, автора многих книг по новомученикам, и меня как секретаря Комиссии. Наша встреча состоялась 26 июля 2002 года и продолжалась более двух часов. С разрешения Любови Васильевны весь разговор был записан на магнитофон для последующей расшифровки и представления всем членам Комиссии. За время разговора мы коснулись многих тем. Нашей задачей было узнать, насколько ее рассказ достоверен и убедителен с церковной точки зрения.

К сожалению, в данном случае говорить о церковности не приходится. Я связывался со священником, который служит в храме рядом с домом Родионовых. Любовь Васильевна в храм не ходит, а люди, которые приезжают на могилу Евгения, сами служат панихиды и в храм к священнику никогда не обращаются. Что кроме сектантства можно в этом увидеть? Но этот факт для нас — лишь дополнительный штрих к общей ситуации.

— Что же вы узнали из разговора с Любовью Васильевной Родионовой?

— Мы предупредили ее, что главный вопрос связан с почитанием ее сына: «Вы — единственный свидетель, которому мы можем доверять, и все, что вы скажете, будет запротоколировано». Она рассказывала о Жене, о себе, о том, как искала сына, получив от командования лживую телеграмму, что он дезертировал. Потом она долго искала правду и в конце концов встретилась с чеченским полевым командиром Русланом Хайхороевым (который к 2002 году, когда состоялся этот разговор, уже погиб. — Прим. ред.). Она узнала, что есть люди, которые могут открыть ей место, где похоронен ее сын, но за это требуется заплатить. Она заложила свою квартиру, — в этом смысле у нее есть христианское чувство самопожертвования, кроме одного «но»: все ее действия обусловлены только безграничной, до «обожествления», любовью к сыну.

— Главный вопрос — откуда известно, что смерть Евгения Родионова была именно такой, как ее описывают почитатели? Действительно ли боевики требовали от него отречься от Христа, снять крестик и принять ислам?

— В нашем разговоре с Любовью Васильевной выяснилось, что ее встреча с Хайхороевым продолжалась не более семи минут, и он ничего не говорил ей о конкретных обстоятельствах гибели Евгения. Те диалоги, которые появляются в газетах, типические, они взяты из рассказов других русских солдат, побывавших в плену. Любовь Васильевна честно призналась нам, что доказать ничего нельзя.

— Однако есть видеозапись смерти Евгения. Она может быть принята как доказательство?

— Здесь я снова процитирую Л.В. Родионову. Она сказала, что пленок с казнями и издевательствами над пленными воинами у нее много, и на одной из них, как она считает, снят ее сын. Но и это предположение она сама подвергает сомнению.

<…>

Добавлю, что никаких сведений о том, что Евгений или кто-либо из погибших вместе с ним воинов вел сознательную церковную жизнь, нет, и фактов, подтверждающих их мученическую — в церковном смысле этого слова — кончину, синодальной Комиссией по канонизации не обнаружено. Следовательно, говорить о прославлении Евгения в лике святых неуместно и безосновательно.

— Как же относиться к статьям, стиль которых все чаще напоминает житийный?

— Эти авторы выражают свое личное мнение. Они могут издавать брошюры как частные лица, но выступать от имени Церкви они не могут. Нельзя забывать, что каждый, кто записывает Предание Церкви, несет ответственность перед Богом и Церковью. Авторы, которые пытаются выдать желаемое за действительное, не могут быть церковными писателями и компрометируют сами себя.

В заключение подчеркну: Православная Церковь никогда не причисляла к лику святых тех, кто был убит на войне. Известен исторический факт: когда в Х веке император Никифор Фока потребовал от Константинопольского Патриарха канонизации убиенных воинов, Церковь ему отказала. А мотивация у него, кстати, была практически такой же, как сегодня: воодушевить армию, поднять боевой дух».

На самом деле источников для установления достоверности обстотельств плена и смерти Евгения Родионова почти не осталось. Документально известно только, что 3 января 1996 года направлен на боевую стажировку в Кавказский Особый Пограничный Округ в Назрановский пограничный отряд (воинская часть № 2094. А 14 февраля 1996 года исчез с поста вместе с ещё тремя военнослужащими. Командование сочло их дезертирами, о чём было послано уведомление матери Евгения. Та, однако, не поверила официальной версии и поехала искать сына. В конечном итоге ей продали тела нескольких убитых военнослужащих. В обезглавленном теле мать по крестику опознала Евгения Родионова (хотя на нём был обычный софриновский крестик, какие тысячами в то время раздавали военные священники). Со временем, отчасти опираясь на рассказы матери, отчасти на собственные фантазии, в СМИ появилась история о якобы смерти Евгения за то, что он отказался снять крестик и перейти в Ислам. И чем больше времени проходило со дня гибели Евгения, тем больше подробностей появлялось в его “житии”. Так, например, оказывается череп “мученика” раскололи, чтобы его дух не преследовал убийц. Мол, у чеченцев-исламистов такое поверье имеется.

Однако у противоположной стороны есть своя версия событий. К ней, разумеется, нужно относится тоже скептически, но всё же. Иса Абу Али, рассказывает эту историю со слов Хайхороева (командира боевиков, убивших Евгения), которого лично знал ещё до войны и на этом основании ему верит, так:

«Вся эта история настолько превратилась в легенду, что я узнаю все больше и больше новых подробностей. Нет, конечно, никто ему череп не раскраивал на мелкие кусочки и нет никакого такого поверья. В те времена было и не до этого. Эти пацаны попали в плен, их держали в плену, вначале связанными, а потом, взяв с них слово, что они не сбегут, развязали их. Дело было в Бамуте — селе, которое подвергалось ожесточенной бомбардировке, и которое никак не могли взять. В один из таких моментов, когда начался воздушный налет, когда группа чеченцев выдвинулась на позиции, пленные остались под присмотром лишь одного часового, который доверился словам пленных, что они не будут устраивать побег. Пленные захватили его оружие, открыли по нему огонь из его же оружия, прострелили легкое (он потом выжил), и сбежали. Когда группа вернулась обратно, было понятно, что совершен побег. Пленных быстро поймали, их было, по-моему, четверо. Они признали свою вину, и были приговорены к расстрелу за попытку побега и убийство, нарушение данного ими же слова. (Один из пленных ранее принял ислам, но также был расстрелян за нарушенное слово, побег, и попытку убийства, вместе с остальными. Когда производили казнь, у Родионова был крест на груди. Один из чеченцев подошел к нему, и сорвал его с груди со словами “Ты не достоин его носить”, и бросил на землю. Командир группы, Хайхороев, (а именно с его слов все это было рассказано. Впоследствии, он станет шахидом, иншаллах, в одном из боев) вернул крест приговоренному Родионову, и с ним в кулаке он и был расстрелян. Были казнены все четверо, кто участвовал в побеге, в результате которого была неудавшаяся попытка убийства часового. Командир и помогал матери Родионова найти могилу ее сына, когда она потеряла надежду добиться какого-либо внятного ответа от своих же военных и штабных. В те времена много матерей солдат были в Чечне, искали своих сыновей. И никто их никогда не трогал. Сейчас эти времена давно прошли».

Чтобы понять насколько сложно установить достоверные факты в этой истории (а без них канонизация невозможна), рекомендую посмотреть попытку расследования, опубликованного на ютуб-канале “Книжные амазонки”.

Таким образом и мать, и Иса Абу Али ссылаются на слова Хайхороева. Однако версии у них получаются разные. Других свидетельств обстоятельств гибели Родионова нет. При этом членам Комиссии по канонизации мать всё-таки призналась, что Хайхороев ничего не говорил ей о том, как погиб Евгений.

Тем не менее, культ вокруг трагически погибшего воина основанный на фейке, продолжает поддерживаться не только частью прихожан, но даже отдельными священнослужителями, которые находят его удобным для идеологической работы в военно-патриотическом направлении.

Не случайно активным лоббистом канонизации Родионова был глава синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными силами протоиерей Димитрий Смирнов. Не случайно этот фейк использовал в “военно-патриотической” пропаганде и священник Сергий Плетежов.

Однако такая “патриотизация” глубоко противоречит Православной традиции. Напомню ещё раз слова протоиерея Максима Максимова:

«Православная Церковь никогда не причисляла к лику святых тех, кто был убит на войне. Известен исторический факт: когда в Х веке император Никифор Фока потребовал от Константинопольского Патриарха канонизации убиенных воинов, Церковь ему отказала. А мотивация у него, кстати, была практически такой же, как сегодня: воодушевить армию, поднять боевой дух».

С сектоведческой точки зрения культ Евгения Родионова это явление внутрицерковного сектантства: так называемое ‘самосвятство’.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Поделиться

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

О нас

Консультация сектоведа в Беларуси. Помощь при столкновении с деструктивным сектантством: сектологический анализ и прогноз ситуации, консультирование по управлению взаимодействием с культистами, консультация по выходу и др. УНП: 192947769

Контакты

+375 (29) 779 18 04